Библиариум
Черная Библиотека

Король Теней. Паутина темного города
Летопись Вселенной » Авторские произведения » Авторские рассказы

Рискнувший играть со смертью
рискует только лишь умереть.

Укротитель Вейрок из Кровавой Длани

 

Зала собраний кабала Детей Мглы представляла собой 
громадное овальное помещение, абсолютно пустое в центре. По стенам зала были развешены трофеи, гротескное оружие и жуткие картины кровавых побоищ. Последние были выполнены настолько искусно, что бросивший на них неосторожный взгляд, погружался в пучину жестокости и насилия, буквально ощущая как капли крови разбиваются о его лицо, а острые лезвия вспарывают тонкую кожу.

 

В дальнем конце помещения, вделанный в стену высокой башни Теней, что располагалась в гавани Артециантов, возвышался жуткий престол. Собранный из костей множества жертв кабала, он походил на громадную, раскрытую грудную клетку некого титана. Но количество и размер ребер, давало ясно понять, что на самом деле трон состоит из останков темных эльдар. Внутри этой белоснежной массы, на удобном сиденье из сточенных черепных коробок восседал юный повелитель Детей Мглы. Архонт, овеянный тайнами и мраком.

 

Его чистые, зеленые глаза затрепетали, когда в залу вошел высокий гордый эльдар. Сибарит Дрош похоже уже вернулся из рейда в реальное пространство. Но удовольствие архонта так и не успело проявить себя. Релгара – Драконта, который вел рейд, не было рядом с вернувшимся эльдаром, и усталость, сквозившая во всем Дроше, дала Архонту ответы раньше, чем тот успел открыть рот.


- Что случилось?

 

- Мой лорд… - Дрош немного замялся, окидывая нервным взглядом зал. Гвардия его повелителя, состоящая из инкубов – величайших воинов темных эльдар, внимательно наблюдала за каждым его шагом. Одно неверное слово и тени у стен оживут, ощетинившись клинками, и покромсают нарушителя раньше, чем тот успеет шевельнуться. – Мы попали в засаду, погибло более половины рейда, Релгар в их числе и все живорожденные с ним…

 

Архонт выгнул черную, как смоль бровь и прикусил кончик языка, что бы неосторожное слово бешенства не убило Сибарита раньше, чем тот предоставит всю информацию. Металлический вкус собственной крови вернул эльдару ясность разума, и он тихо прошипел, готовый едва ли не разорвать сибарита на куски одним лишь взглядом.


- Как? 

 

- Мон-Кай из клана Астартес мой лорд. Их было слишком много. Но нам удалось захватить девять из них.


Девять. Всего девять рабов, пусть даже столь могучих как космический десант Империума, было недостаточно, что бы покрыть чудовищные расходы, которые будут неизбежны, когда кабал обратится к гомункулам с просьбой восстановить телесные оболочки павших воинов. 


- Где тела? Как многих вам удалось привезти обратно?

 

Сибарит сглотнул и внезапно стал почти незаметным, изо всех сил пытаясь оказаться в другом месте.


- Никого… мой лорд.

 

Изумрудные очи Архонта едва ли не осязаемо вонзились в серые глаза Дроша, прожигая насквозь и превращая в беззащитного щенка. Тени у стен зашевелились, глубокая тишина всегда предвещала кровавую расправу, и сибарит с ужасом приготовился к обреченной битве, сжимая тонкую рукоять силового клинка.

 

Несколько минут липкое безмолвие оплетало эльдара подобно сетям паука-клиссидуса, чья паутина была смочена особым ядом, лишавшим возможности двигаться и медленно сжигавшим кожу, превращая тело в кусок окровавленного мяса. Но наконец, юный лорд вынес свой вердикт.

 

- Ты отправишься туда и вернешь все тела, или их куски. И когда ты вернешься, мы спросим Релгара, действительно ли Мон-Кай стали причиной гибели всех чистокровных членов рейда.

 

Дрош осторожно отпустил рукоять своей сабли и медленно кивнул. Он уже понял, что Архонт не ждет его возвращения, но в глазах сибарита мелькнуло нечто, крайне неестественное для темных эльдар. Воин развернулся так, что бы не потревожить бдительность инкубов и молча вышел из высокой залы. Вышел, что бы никогда не вернуться назад...

 


- Разумно ли это брат мой?


Элистина подошла бесшумно, как и всегда, не потревожив даже воздух вокруг белоснежного трона. Облегающий костюм серебристо-черного оттенка очерчивал ее формы с невероятной чувственностью, а удачно расположенные вырезы лишь усиливали общее впечатление. Вряд ли в кабале, да и вне его, был кто-то, кому не хотелось бы овладеть прекрасной суккубой культа Призрачного Клинка. Однако похвастаться таким достижением, до сих пор могли немногие.

 

Женщина как будто прочла мысли Архонта, что было неудивительным, учитывая их близкое родство, но, как и любой, кто стоял ниже него, в лестнице власти кабала, Элистина не понимала и не видела картины с той кристальной четкостью, с какой ее ощущал темный лорд.

 

- Владыка... Полагаю, что я предположу верно, если скажу, что сибарит не вернется к нам.


Ксирос — советник Архонта и наиболее мудрый из живорожденных воинов кабала, в свое время один из наиболее опасных драконтов, отличавшийся редким тактическим гением и практичностью, был более осторожен, чем венценосная сестра их повелителя. Он всего лишь высказал предположение, не вызывая недовольства или разочарования своего повелителя, что было редким даром среди темных эльдар. 

 

Мужчина медленно повернул голову к своему советнику, от чего теневые поля вокруг его тела слегка зарябили, перестраиваясь под новое положение тела. Даже дома, темный эльдар, да еще и такого высокого ранга, не мог чувствовать себя в совершенной безопасности.


- Может быть и так. Но если он вернется, все останутся в плюсе, а если нет... Его смерть не будет сильным ударом, после потери Релгара. Он недостаточно значим.

 

- А если он вернется с трупом драконта, - Продолжил Ксирос, внезапно осознав весь хитроумный замысел своего господина. - То станет героем, либо изгоем, в зависимости от того, что случилось в рейде...

 

Архонт удовлетворенно кивнул, ему нравилось, когда подчиненные сами продолжали его мысль, избавляя от необходимости говорить ее вслух. Действительно, если Дрош убил соперника, то они получат Релгара обратно, а сибарит будет уже не важен. Если же Релгар действительно погиб, то Дрош окажется героем в его глазах, и заслужит уважение, что было редким явлением в мире эльдар. Никто, кроме трех присутствующих и инкубов не слышал разговора. Сестра и советник ни за что не откроют рот, если это будет противоречить воле Архонта, а инкубы молчали всегда, подобные живым статуям, в нужный момент готовые ощетиниться лезвиями. И посему весь кабал, включая погибших живорожденных, будет считать, что Дрош сам бросился спасать своих собратьев, как только доставил ценный груз в Коммораг. Это позволит ему обрести невероятную и ценную вещь, которая редко появлялась даже внутри семей эльдаров — доверие.

 

Элистина с легким удивлением и восторгом уставилась сначала на Ксироса, от чего у того едва не подогнулись колени, а потом на своего брата, пораженная его дальновидностью.

 

Архонт только скривил губы в усмешке и удовлетворенно откинулся на белоснежную спинку костяного трона. Никто, включая Ксироса и самого Дроша, не понимал ценность сибарита. Владыка был уверен, что его маленький военачальник вернется живым и вернется с богатым уловом. Но знать об этом было не обязательно даже его ближайшим соратникам. Такова была правда Комморы (старое название города, использующееся преимущественно древними эльдар) что именно друзья и соратники, чаще всего оказывались на вершине заговора. Темная паутина города не прекращала сплетаться в узоры, и тот, кто не мог понять и совладать с этим – умирал.

 

***

 

Шпили Тетриума. Колизей культа Обнаженной Смерти.

 

Суккуба небрежным движением убрала белоснежный локон за ушко и внимательно посмотрела на двух своих сородичей. Мужчина и женщина – младшие суккубы Обнаженной Смерти, спокойно выдержали ее взгляд. Ни один мускул не шелохнулся под их алебастровой кожей. Арьястира удовлетворенно хмыкнула и гибким движением поднялась с места, принимаясь кружить вокруг стола.

 

- Если вы сомневаетесь, то скажите об этом сейчас, пока еще не поздно. Я не хочу иметь за спиной эльдар, которые сомневаются в моих действиях. Верховная власть моя, но без вашей поддержки… ничего не выйдет. 

 

Лавирал – второй суккуб, с усмешкой достал свой короткий клинок и отвлеченно провел по острию языком. Очевидно, ему происходящее доставляло немалое удовольствие, но девушка, сидевшая напротив, лишь нахмурилась. Ксаната была куда более осторожной, чем ее собратья по триумвирату, и она не скрывала опасений, по поводу безумного плана. Арьястире пришлось сильно потрудиться и потратить две жарких ночи, что бы склонить Ксанату на свою сторону. Однако рыжая суккуба до сих пор была настроена скептично. Тем не менее, она молча кивнула, в знак того, что участвует.

 

Белая ведьма, как называли верховную суккубу Обнаженной Смерти, ласково провела кончиками пальцев по точеному личику подруги и снова скользнула на свое место, включая динамическую стратегическую карту, встроенную в круглый стол культа.

 

Плоская поверхность пошла рябью и, после некоторых волнений, создала 
идеальную трехмерную копию предстоящего сражения. Изящные, миниатюрные фигурки транспортных рейдеров и веномов заполонили воздух. Три ударные группы раз за разом повторяли свои боевые заходы на длинный караван похожих суденышек. Две группы заходили с боков, а одна падала буквально сверху, разрушая строй каравана и стремительно проходя сквозь образовавшуюся брешь, в то время как остальные войска нагоняли и уничтожали разрозненные и уцелевшие корабли.

 

Ксаната с кислой физиономией перевела взгляд на Лавирала и покачала головой.
- Ничего не выйдет. Если бы это был другой кабал, то возможно, но не Черное Сердце. Сам Вект будет в этом рейде. Мы не сможем даже приблизиться к нему.

 

Лавирал ухмыльнулся, показывая зубы, заточенные словно акульи, и ткнул концом кинжала в обозначенную особым цветом барку в центре каравана. 
- Если он будет здесь, то я его точно уничтожу. Орудия моего Губителя пронзят его насквозь. Еще никто не уходил от моих темных копий, и я не собираюсь нарушать эту прелестную традицию.

 

Суккуба только скривилась в ответ на нескрываемое хвастовство и развернулась к белой ведьме. 


- Нира, в тебе больше здравомыслия, чем в этом ублюдке. Прошу тебя снова, остановись, нам не тягаться с владыкой Комморага, он просто раздавит нас.

 

В ответ она получила лишь грустный взгляд серых глаз и легкое покачивание головой. Женщины понимали друг друга без слов. Суккуба не могла справиться со жгучей ненавистью, питавшей ее сердце, не могла простить того, как Аздрубаэль Вект унизил ее культ. Лишь благодаря этому архонту, несомненно, пользовавшемуся всеми выгодами абсолютной власти, культ Обнаженной Смерти теперь был вынужден выступать на задворках, довольствуясь бедной и не слишком-то достойной толпой зрителей.

 

Ксаната разочарованно фыркнула и снова кивнула головой.


- Хорошо, я с вами, но если что-то пойдет не так, я исчезну первой.

 

- Никто и не сомневался в твоей смелости, дорогуша.


- Заткнись Лавирал, иногда ты говоришь слишком много.

 

Суккуб удивленно уставился на белую ведьму. Раньше она никогда не повышала на него голос, и уж точно никогда не защищала свою подружку. Подозрительно оглядев эльдарок, мужчина рыкнул и вылетел из-за стола, не потрудившись попрощаться. Женщины всегда раздражали его, слишком высокомерные и слишком наглые. Он еще не успел выйти из залы, а мысли его уже полетели к солдатам, которых он должен был подготовить. Что ж, он выберет парочку самых способных и… позанимается с ними индивидуально.

 


- Я не слишком-то верю в его лояльность Нира.


Девушки проводили эксцентричного мужчину отсутствующими взглядами и тут же бросились друг к другу, едва дверь закрылась. Арьястира пробормотала что-то в ответ, но ее голос утонул в поцелуе, поэтому Ксаната попросила ее повторить, едва смогла оторваться от сладких губ любовницы и удобно устроилась у нее на коленях.

 

- Я сказала, что мне плевать на его лояльность Сана, мне нужны лишь его навыки, а он, что и говорить, хорош в деле пронзания соперников своим копьем налетом сзади.

 

Девушки расхохотались пошлой шутке и вновь сплелись в поцелуе. Руки эльдарок нетерпеливо блуждали по закованным в символические доспехи телам, а водопады волос смешались в бело-рыжем вихре, когда два самых смертоносных существа во всех шпилях Тетриума с веселым смехом свалились на пол.

 

Следующие несколько часов были наполнены сладостными стонами, приступами проникновенной жестокости и очаровательной нежности. Женщины возносили друг друга на вершины удовольствия, все глубже падая в недра животной похоти. Темные эльдар всегда выкладывались на полную, и Та Что Жаждет, всегда с улыбкой наблюдала за ними. И она и ее несчастные жертвы прекрасно осознавали, что над каждым жителем этого города висит неотвратимый рок попасться в ее сети и исчезнуть из этой реальности навеки, и потому каждая секунда жизни темных эльдар была пронизана самыми невероятными и самыми острыми ощущениями и удовольствиями. Только так, им удавалось убедить себя, что они до сих пор живы.

 

***

 

Гавань Артециантов. Кабал Детей Мглы.

 

Архонт недовольно сощурился, когда крылатая тень скользнула на карниз и направила загорающееся сиреневой энергией дуло ему в затылок.

 

Облаченный в безупречно облегающую тело броню, по которой во все стороны расходились узоры из темно-фиолетовых чешуек, мужчина медленно развернулся, от чего теневые поля вокруг его фигуры исказили облик, наслаиваясь друг на друга и скрывая действия от пришельца. Тонкое, аристократичное лицо исказилось в гримасе, а изумрудные глаза вперились в прорези ястребиного шлема гостя.

 

Нинтареш злобно захихикал и убрал бластер за спину, усаживаясь на носочки и положив локти на колени. Его видоизмененные ступни крепко обхватили перила балкона башни Теней, а перепончатые крылья с шуршанием сложились за спиной. Несмотря на то, что образ стервятника у многих вызывал глубокое отвращение, Архонт не раз ловил себя на мысли, что завидует крылатому эльдару. 

 

Те, кто получил от гомункулов крылья, дорого платили за свою призрачную свободу, позволявшую рассекать небеса Комморы. Их внешность навсегда приобретала животный оттенок, а тела, нередко, только лишь напоминали эльдарские. Архонт никогда не видел лица Нинтареша, но был более чем уверен, что это к лучшему.

 

Однако, несмотря на, казалось бы, ужасные минусы, существование в виде бичевателя имело и свои плюсы, причем настолько сладкие, что все остальное казалось слишком ничтожным на их фоне. 

 

Стервятники не отвечали ни перед кем, хотя по задворкам не раз проходили слушки о жутких кликах бичевателей – тайных образований из множества особей входящих в одну стаю. Впрочем, слухи, даже самые жуткие, всегда имели под собой хотя бы небольшую толику правды. Более того, любой стервятник был крайне ценен для тайной игры темного города, и смерть любого достойного представителя этой касты, могла повлечь за собой крайне мучительную смерть. И наконец, что было наиболее важным и сладким в существовании бичевателей – это уважение и страх. Безусловно, только лучшие и богатейшие эльдар могли купить себе возможность стать стервятником, и далеко не каждый мог пройти долгий путь от лабораторий гомункула, до вершин Шпилей. Только самые достойные, отчаянные и смертоносные из стервятников, добирались до своих сородичей и признавались бичевателями. А потому, каждый из них, обладал определенным влиянием и богатством, располагая только лучшим вооружением и самыми надежными связями, которые только мог предоставить темный город.

 

По этим причинам, Архонт не раз прощал Нинтарешу его замашки. Стервятник был нужен владыке Детей Мглы. Был нужен лояльным и, конечно же, живым.

 

- Что принесли твои крылья на этот раз?

 

Птицеподобное существо небрежно вытащило запечатанный пакет и протянуло Архонту. На лицевой стороне было отверстие для трех пальцев, в каждый из которых впрыскивался крайне опасный, многокомпонентный токсин, противоядие от которого было только у адресата. Во всяком случае, так предполагалось. 

 

Владыка нахмурился, узнав печать кабала Черного Сердца, над токсиновым замком. Еще сильнее он напрягся, когда узнал руны ядов, которые были использованы для запирания. Эти токсины были излюбленной отравой герцога Слискуса, которого крайне ненавидели в Комморе, и расположением которого невольно пользовался Архонт.

 

Довольно прозрачный намек Аздрубаэля Векта гласил следующее: "Сможешь открыть послание – подтвердишь свое близкое знакомство с опальным пиратом. Не сможешь – окажешься посмешищем".

 

Архонт презрительно фыркнул и надавил на затворы замка. В его пальцы вонзились тончайшие иглы, разгоняя по крови опаснейший яд, способный убить на месте монстроидальное чудовище. Однако задержки было достаточно, что бы эльдар успел вколоть в тонкое запястье антидот. 

 

Конечно, это давало в руки Векта определенные карты, которые могли скомпрометировать юного повелителя гавани Артециантов, но это было не так опасно, как презрение к трусу. Едва темные эльдар почуют запах страха, и спасения уже не будет, такова природа расы охотников.

 

Под внимательным взором бичевателя, мужчина неторопливо раскрыл контейнер, отходя от последствий сильнейшего отравления. Гололитический дисплей гласил, что через два цикла, в амфитеатре культа Распри, пройдет беспрецедентное представление. Белая Ведьма Комморага схлестнется в неистовой схватке с чудовищным тиранидским монстром. Приглашались все, кому удалось открыть контейнер с посланием.

 

Эльдар некоторое время молча разглядывал послание, после чего вернул контейнер Нинтарешу и вложил в когтистую ладонь крупную сумму.


- Я приду.

 

Стервятник заклекотал и неожиданно взвился в воздух, исчезая во мгле шпилей. Щедрая оплата заставит его сказать Аздрубаэлю только нужные вещи. За годы сотрудничества, Архонт Детей Мглы и честолюбивый бичеватель научились отлично понимать друг друга. А дружба, поддерживаемая подарками, была, как правило, наиболее крепкой.

 

Архонт задумчиво сжал перила балкона и устремил взгляд вниз. Темный город поражал своим мрачным великолепием. Многоступенчатые острия шпилей, пронзающие пасмурное небо. Освещенные светом десяти украденных солнц: дворцы из вороненой стали, колонны из плоти, гротескные сооружения нижних уровней вызывали острое чувство эйфории. Но он один понимал все великолепие отвратительного пейзажа. 

 

Он один видел, как глубоко уходит каждый шпиль, насколько изящна каждая арка и сколь отталкивающе прекрасны горгульи из плоти, охранявшие врата в ковены гомункулов. Только его изумрудным глазам открывалось сердце Коморры. 

 

Архитектор поднял полные боли глаза вверх, на тонкую сетку Паутины, расходящуюся по куполу неба. Он отвлеченно отметил, что седьмому солнцу осталось жить еще ровно сорок три цикла. Приметил несколько флотилий, выходивших в порталы, пути по которым он знал наизусть. На тонких, бескровных губах расцвела хищная улыбка и юное лицо преобразилось. Архонт звонко расхохотался, спугнув стаю геллионов, проплывавших мимо на своих скайбордах.

 

- Хочешь сразиться юнец, что же, пусть будет так, посмотрим, чья паутина, окажется крепче.

 

Черный плащ с сиреневым отливом полоснул воздух, в том месте, где только что стоял Архонт, а потом на город снова опустилась гнетущая тишина.



← Предыдущая глава
Еретик 804 22.04.2014 0
2
 

Материалы по теме


Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Меню сайта
Навигация
Комьюнити
Общение
Система Orphus


службы мониторинга серверов Волшебный рейтинг игровых сайтов Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Рейтинг форумов Forum-top.ru